ИЗ НЕМЕЦКОЙ ПОЭЗИИ

 

 

Андреас ГРИФИУС

 

 

ДВА СОНЕТА

 

 

 

СЛЕЗЫ ОТЕЧЕСТВА

 

Опять со всех сторон нас недруги стеснили,

Потоки диких орд и хриплый крик трубы,

От крови жирный меч и едкие клубы

Пожарищ небеса и дол заполонили.

 

Разрушили дворцы и храмы разорили,

И ратуши сожгли; мужей свели в гробы

И осквернили жен. О тяжкий гнет судьбы!

Огонь, чуму и смерть повсюду поселили.

 

Дымящаяся кровь струится с теплых плах.

Уж восемнадцать лет, как землю кроет прах

И в реках мертвых тел всё больше год из года,

 

Но помните о том, что горше смертных мук,

Коварнее чумы, страшней голодных рук:

Оскорблена душа, поруган дух народа.

 

 

ВЕЧЕР

 

Промчался быстрый день, и ночь под черным флагом

Выводит толпы звезд. Руно усталых лиц

По улицам течет. Молчанье в  царстве птиц –

Их песни до утра зарыты в землю кладом.

 

Все ближе порт. Огни скользят во тьме за лагом –

Подобно им под тихий плеск страниц

Мы гаснем и уходим в сень гробниц.

И лишь зерно в земле восстанет к жизни злаком.

 

О, Боже, дай мне удержаться в карусели!

Спаси от всех грехов, неведомых доселе!

Коль можешь, помоги противиться судьбе,

 

Дай отдохнуть душе, когда устанет тело,

И в час прощанья с этим светом белым

Из вечной суеты возьми меня к себе!

 

 

Примечание:

 

Строка "От крови жирный меч" в первом сонете была подарена мною моему учителю Льву Гинзбургу при следующих обстоятельствах.. При чтении стихов в нашем литературном объединении при ИНЯЗЕ Гинзбург сказал, когда я прочитал свой перевод: "Женя, я тоже перевел "Слезы отечества", но в вашем переводе строчка "От крови жирный меч" гораздо точнее. Я не решился перевести так буквально. Поэтому я забираю ее у вас". Я не решился возразить мастеру и только попросил расписаться в получении строки на сборнике его переводов, который вскоре вышел. Автограф хранится в моем московском архиве.

Е. Бовкун

 

 

 

 

Райнер Мария РИЛЬКЕ

 

 

* * *

 

Я вечер читаю, как сказку

В пурпурной обложке заката.

Я трогаю пальцами краску,

Она, как пыльца, желтовата.

 

По первой странице как ветер

Промчусь, а вторую читаю

Спокойно. Споткнувшись на третьей,

Среди запятых засыпаю.

 

 

* * *

 

При солнце ты, как шепот, льешься

В движеньи многих голосов,

И вдруг молчанием сомкнешься

Над боем башенных часов.

 

Чем светлый день клонится ниже,

С вечерней мглой скрепляя связь,

Тем выше ты, мой Бог. Струясь,

Твой шлейф, как дым, ползет по крышам.

 

 

* * *

 

Страшась возбудить Его праведный гнев,

Берег для Него я свой каждый напев

В себе, как в колодце с холодной водой.

Зачем он молчит, шевеля бородой!

 

Он, видимо, хочет от собственной музы

Теперь отказаться сам.

Но я припадаю к Его стопам –

 

И половодье вернувшейся музыки

Затопляет Его храм.

 

 

С немецкого перевёл Евгений Бовкун